Лингвист древности и «Солнце, осветившее веру». К 420-летию Зая-Пандиты Отторгуйн Далая — БУ РК "Национальный архив"

Лингвист древности и «Солнце, осветившее веру». К 420-летию Зая-Пандиты Отторгуйн Далая

Недавно начавшийся 2019-ый год чрезвычайно богат историческими событиями. В нынешнем году исполняется 420 лет Зая-Пандите – учёному-просветителю, чьё имя и судьба неразрывно связаны с многовековой историей духовной культуры калмыцкого народа.

Сегодня, опираясь на исторические сведения, хранящиеся в БУ РК «Национальный архив» мы вспомним основные вехи  удивительной и светлой жизни Зая-Пандиты, многочисленные таланты священнослужителя и наследие, оставленное им для последующих  поколений.

Зая-Пандита Отторгуйн Далай (по-тибетски – Намкайджамц) родился в 1599 г. в Западной Монголии. В семье он был пятым ребёнком. Деда Зая-Пандиты звали Кюнкюй-Заячи, среди дербен-ойратов он славился необычайной мудростью и пользовался заслуженным доверием и уважением.

Когда Зая-Пандите исполнилось 17 лет, он был посвящён в духовное звание банди, начальную ступень буддийского монашества. Пожалуй, именно с этого временного периода жизнь Зая-Пандиты существенно меняется под влиянием отдельных людей и событий. Одним из тех, кто сыграл определённую роль в дальнейшей судьбе молодого человека, был известный ойратский князь Байбагас-Батур, отправивший Зая-Пандиту на дальнейшее обучение в Тибет.

В 1616 г. Зая-Пандита выехал из Джунгарии через Кёкё-Нур. Спустя год, в 1617 г. он прибыл в Тибет.

Будучи в г.Лхасса, Зая-Пандита был принят в свиту тогдашнего правителя Тибета и получил звание «дронг-кор», что в переводе означает «приближённый товарищ, советник». Однако в этой должности он пробыл совсем недолго и в дальнейшем занялся повышением своего образования.

Зая-Пандита начал с того, что поступил в школу цанид – высшую богословскую школу буддистов-ламаистов. Здесь на протяжении 10 лет он стабильно показывал необычайно высокие способности к буддийскому учению. Быстротой его обучаемости восхищались все окружающие и с уверенностью предрекали будущее Зая-Пандиты: «Он будет мудрым!»

После школы цанид Зая-Пандита продолжил учёбу в тарнистическом отделе, где также поражал учителей своими познаниями и успехами. Таким образом, в общей сложности его учёба в Лхассе продлилась 22 года.

Однако тяга к родным местам по-прежнему жила в сердце Зая-Пандиты. То же самое ему советовали и духовные наставники Банчэн-Эрдени и Далай-лама. Первый при расставании подарил ему на память свои чётки и назвал «необыкновенным учеником». Далай-лама же дал такое напутствие: «Ради меня ступай к говорящим по-монгольски и переводами священных книг принеси пользу религии».

В конце 1638 г. Зая-Пандита выезжает из Тибета и в 1639 г. он прибывает в Джунгарию.

В те времена как в Монголии, так и в Джунгарии между князьями и нойонами шла упорная борьба за власть. Более всего это можно сравнить с периодом междоусобиц удельных князей в Древней Руси. Неоднократно Зая-Пандита выступал в качестве посредника, примирителя враждующих сторон. Множество раз ему удавалось предотвратить кровопролитие.

Помимо политической Зая-Пандита занимался и духовно-просветительской миссией. Среди ойратов и монголов он имел огромный авторитет, к нему специально приезжали издалека, чтобы прослушать его толкование священных сочинений и чтение молитв. В подобных делах Зая-Пандита не отказывал никому и никогда. Более того, отвечая на просьбы всех приглашающих посетить их, Зая-Пандита в итоге объездил практически все монгольские и ойратские кочевья, а также посещал поволжских калмыков.

Как и в любой иной миссии, Зая-Пандите надлежало подробно рассказывать своим духовным наставникам о том, как протекает его деятельность и каких результатов удалось добиться. Дважды он совершает путешествие в Тибет с несметными дарами и подношениями от верующих.

К сожалению, и самый светлый и солнечный день всегда и неизбежно оканчивается закатом солнца. Во время второй поездки в Тибет Зая-Пандита серьёзно заболел в дороге. Недуг оказался настолько тяжёлым, что вскоре перешёл в полный паралич.Болезнь быстро прогрессировала, состояние больного резко ухудшалось. И вскоре настал час, о котором ученик Зая-Пандиты Ратнабадра позже писал, что «солнце, осветившее веру монголов», увы, скрылось за линией горизонта…

Прошло уже более четырёх веков с рождения великого мыслителя и мудреца. Наследие, оставленное Зая-Пандитой последующим поколениям – «Тодо бичиг» («Ясное письмо») – поистине бесценно.

Вероятно, в современном мире Зая-Пандита заслуженно считался бы гениальным лингвистом, ведь к разработке «Тодо бичиг» он подошёл с профессиональной и творческой изобретательностью. Придерживаясь единого графического характера букв, он создал чрезвычайно точный алфавит, где каждый знак имеет только одно значение, иодна буква передаёт только один звук и не более.

Конечно же, значение деятельности Зая-Пандиты гораздо шире, и об этом можно долго рассказывать. Помимо разработки алфавита он активно занимался переводческой деятельностью с тибетского языка. Благодаря многочисленным трудам учёного-ламы письменность быстро распространилась среди широких масс ойрат-калмыков и их образование в гражданском быту продвинулось далеко вперёд.

И хотя никто из ныне живущих не был лично знаком с этим выдающимся учёным-просветителем древности, так часто сравниваемым с солнцем, мы помним его заслуги и чтим его светлую память, стало быть, можно с уверенностью утверждать, что жизненный путь Зая-Пандиты, подобно Солнцу, осветил дорогу знаний для последующих поколений.

Главный архивист отдела использования документов и информационных услуг

Светлана Павловна Замбаева

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *